Достало (pojar_ru) wrote,
Достало
pojar_ru

Геена огненная. Рукотворная

В экологической катастрофе лета-2010 в России виновата не только аномальная жара, но и государство, развалившее систему лесной противопожарной защиты. а вопросы E-xecutive отвечают эксперты WWF Николай Шматков и Александр Брюханов.

Цитаты:

Пылают леса от Воронежа до Югры. 50 жертв. Выгорели целые деревни. Без крова осталось свыше трех тысяч человек. В столице нечем дышать. Небо закрыто канцерогенным смогом. Таковы масштабы экологической катастрофы. Блогеры кроют власти матом. Причины бедствия не только в аномальной жаре, но и в чудовищных стратегических просчетах государственного менеджмента: российская бюрократическая машина нацелена на обслуживание интересов крупного лесного бизнеса, но не интересов общества


Выкачали и ушли
Е-xecutive: Лесные пожары в России летом 2010 года: в чем проявляется фатальная неизбежность, а в чем – социальный фактор?
Николай Шматков: Фатальный фактор в том, что такой продолжительной жары за всю историю метеорологических наблюдений в России не было. Социальный - в недопустимо безалаберном отношении государства к лесу. Органы власти не прислушались к голосу неправительственных организаций, таких как WWF и Greenpeace, предупреждавших, что отношение к лесным ресурсам должно быть иным. К сожалению, в российских властных кругах относятся к лесу как к месторождению нефти или газа: выкачали (собрали урожай) и ушли. Такое отношение базируется на ложном тезисе об обширности российских лесов. Да, российские леса обширны, но только небольшая их часть находится в зоне экономической доступности, коммерческие запасы древесины в таких лесах практически исчерпаны.
Е-xecutive: В каком состоянии система госохраны лесов?
Н.Ш.: Разрушение государственной лесной охраны происходило в несколько этапов. До реформ была система наблюдательных пунктов и вышек для выявления пожаров на ранних стадиях, когда возгорания еще можно быстро потушить. Были сотрудники, специально обученные тушить лесные пожары. Разрушение началось в 1990-е годы, когда лесникам был поручен не только контроль над состоянием лесов, но и так называемые «рубки ухода», которые очень скоро превратились в «рубки дохода». В 2000 году Федеральное агентство лесного хозяйства потеряло независимый статус – сейчас оно превратилось в подразделение Минсельхоза. Одновременно шло сокращение штатов, например, не в самой лесной Астраханской области вместо 300 лесников сейчас имеется 11 инспекторов, причем, инспекторы работают в основном в кабинетах. В 2005 году наступил второй этап демонтажа системы. Новый Лесной кодекс, поспешно принятый в 2006 году, вообще не предусматривает наличия лесной охраны. Частично функции охраны лесов переданы МЧС, частично – региональным органам. Теперь сотрудники МЧС и военнослужащие проявляют героизм при тушении лесных пожаров, но им не хватает опыта работы в лесу. Недавно произошел одновременно грустный и анекдотический случай, когда в Шатурском районе пожарные заблудились в задымленном лесу, и их пришлось спасать. В результате «реформ» кадровый состав лесопожарной службы утерян.
Е-xecutive: Какова роль нового Лесного кодекса России в экологической катастрофе?
Н.Ш.: Проект Лесного кодекса активно критиковали экологи, однако документ вступил в силу 1 января 2007. Главная идея кодекса – не охрана лесов, а их приватизация. Правда, идея приватизации лесов не прошла, в том числе благодаря сопротивлению российского общества. Кодекс – это инструмент конкурентной борьбы: он нацелен на вытеснение из лесного бизнеса мелких и средних компаний.
Е-xecutive: В чьих интересах был принят новый Лесной кодекс?
Н.Ш.: Это не секрет: в интересах крупных лесозаготовительных и лесоперерабатывающих компаний.
Е-xecutive: Какие уроки государству преподали лесные пожары?
Н.Ш.: Если российское государство не внесет изменения в лесную политику, пожары будут почти каждое лето. Прогнозы неутешительны. По причине глобального потепления (не будем обсуждать его причины, речь не о нем) число крупных лесных пожаров во всем мире ежегодно возрастает, потому что температура летом в Северном полушарии все выше, а осадков все меньше. Затопление торфяников – необходимая, но не исчерпывающая мера. На сегодня из 400 пожаров только 30 – торфяные, остальные – лесные. Торфяные пожары - много хлопот жителям Московской и Владимирской областей, но торфяники – не самое большое зло. Куда опаснее пожары в лесах Брянской и Калужской областей – эти территории входят в зону поражения после аварии на Чернобыльской АЭС. В воздух поднимутся радиоактивные материалы, ныне находящиеся в почве и в древесине.
Е-xecutive: Есть ли связь между лесными пожарами и наличием или отсутствием в России гражданского общества?
Н.Ш.: Это – звенья одной цепи. Гражданское общество в России есть – я имею в виду экологические организации. Другое дело, что власти предпочитают не слышать голос этих организаций, которые с 2006 года пытаются повлиять на политику государства в отношении лесов. Если бы нас услышали, возможно, катастрофических последствий лета 2010 года удалось бы избежать.
Маразм вместо защиты
Координатор лесных программ WWF в Алтае-Саянском экорегионе, кандидат сельскохозяйственных наук (лесоведение) Александр Брюханов.
Е-xecutive: Какова статистика жертв лесных пожаров в России и в зарубежных странах? Кто гибнет в огне – обыватели или пожарные?
Александр Брюханов: Обыватели гибнут и в России, и за рубежом. В  Австралии от лесных пожаров в 2009 году погиб 131 человек. Подавляющее большинство – обычные люди, не пожарные. В основном задыхаются от дыма. Сколько ежегодно умирает людей в России от природных пожаров – неизвестно, - такая статистика просто не ведется. Ни МЧС, ни Минприроды, ни МВД, ни другими нашими ведомствами.
Е-xecutive: Какова роль местной власти в предотвращении пожаров: в чем отличие РФ от других стран, обладающих лесными ресурсами?
А.Б.: В России в отличие от многих стран, все средства, собранные за то или иное пользование лесом (налоги, пошлины, подати) в обязательном порядке перекачиваются в центр, в Москву, и только после этого частично возвращаются на места. В США или Канаде подавляющая часть «лесных средств» остается на уровне штата или округа. У нас регионы получают только часть денег в виде субвенций, иногда со значительной задержкой, поэтому на местах не всегда можно оперативно подготовиться к пожароопасному сезону – приобрести технику, экипировку, запастись топливом и т.д. К тому же в России финансовые процедуры очень забюрократизированы…
Е-xecutive: Чем отличается финансирование лесопожарных мероприятий в РФ и за рубежом?
А.Б.: Прежде всего – объемами. В Канаде ежегодно тратится на предотвращение лесных пожаров не менее $1 млрд, в США – $2-2,5 млрд. В России в 2010 году – 2,2 млрд… рублей! Соответственно, несмотря на то, что площадь лесов у нас больше чем в Канаде, а тем более в США, государство в нашей стране затрачивает на мониторинг, профилактику и борьбу с природными пожарами в 30 раз меньшее количество средств, чем страны Северной Америки. Проблема и в том, как устроены денежные потоки (см. выше).
Е-xecutive: Техоснащенность пожарных служб в РФ и в других странах: есть различия?
А.Б.: Глобальные. Во многие российские лесничества лесопожарная техника не поступала по 15-20 лет. Арендаторы лесов не спешат выкладывать свои кровные на закупку противопожарной техники. У МЧС тоже не все хорошо. В ведомстве практически нет специальных лесопожарных машин. Как показывает практика, обычные автомобили, даже на полноприводных шасси, мало приспособлены для тушения лесных пожаров. Лесопожарные автомобили, работающие в условиях бездорожья, в обязательном порядке должны иметь повышенный дорожный просвет, оснащаться лебедками. Им нужны качественные средства связи, обеспечивающие бесперебойный обмен информацией между подразделениями на расстоянии в десятки километров. Обязательное требование для лесопожарных автомобилей - дополнительный топливный бак для увеличения автономного запаса хода.
Е-xecutive: А с лесопожарной авиацией?
А.Б.: Также оставляет желать лучшего. Несколько лет назад МЧС планировало закупить к 2007 году 7 Бе-200. Сейчас 2010 год, а в парке МЧС только 4. Общее количество специализированных самолетов-авиатанкеров (Бе-12, Бе-200, ИЛ-76ТД) в России не превышает десяти единиц. Для сравнения: в США их более 150, в Канаде – более 120, и даже в небольшой Франции, где лесов-то практически не осталось, и то 30 летающих танкеров. С вертолетами ситуация такая же. 20 лет назад налет сил Авиалесоохраны составлял 150 тыс. часов ежегодно, пожары тушились на минимальных площадях. Сейчас 15-20 тыс. часов. В США  – 300-350 тыс. летных часов ежегодно, в Канаде – 170 тыс., в Греции – 70 тыс. Проблема и в том, как используется авиационная техника. Часто по телевидению показывают, как громадным Ил-76 пытаются потушить торфяной пожар. Это маразм! Как с воздуха потушить пожар, тлеющий под землей? 40 тонн воды, которые сбрасываются с самолета на торфяник и которые доходят до него в виде легкого пара, – капля в море, которая никак не сдержит огонь. Гораздо эффективней и дешевле тушить торфяники перекачкой воды мобильным полевым трубопроводом.
Е-xecutive: Какую роль играют страховые компании в предотвращении лесных пожаров в России?
А.Б. Никакую. В России не страхуют лес.
Беседовал Андрей Семеркин, E-xecutive
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments